09.01.2012

Страна без гражданского общества не имеет будущего

Не думаю, что открою Америку, если скажу, что уровень демократизации страны в заметной степени определяется наличием гражданского общества.

Для того чтобы более четко обозначить предмет разговора, необходимо дать определение понятию «гражданское общество», о котором все чаще  говорят политики.

Гражданское общество —  это неполитические образования, объединенные специфическими интересами (экономическими, этническими, профессиональными, культурными и так далее), реализующие свои интересы вне сферы деятельности властно-государственных структур и позволяющие контролировать их действия. Наличие гражданского обществa является важнейшей предпосылкой и равноправным партнером структур правового государства, которое характеризуется:

•  развитой демократией;
•  правовой защищенностью граждан;
•  определенным уровнем гражданской культуры;
•  самоуправлением;
•  свободно формирующимся общественным мнением;
•  легитимностью.

Несложно заметить, что  вышеперечисленные признаки не были характерны для многих поколений Молдовы. И в этом плане не следует удивляться общему уровню культуры нашего политического класса, мимо которого прошли даже примитивные формы становления гражданского общества.  

Шесть лет назад в рамках программы International Vizitors  я посетил США. Гуляя вечерами по Вашингтону, я обратил внимание на солидные вывески «Ассоциация пилотов дальних рейсов», «Ассоциация баров», «Национальная ассоциация цирков»  и  др.  У единственного входа  в пятиэтажное здание висела всего одна вывеска «Ассоциация университетских женщин», то  есть все здание занимала эта общественная организация.

В гостиницe открываю толстую телефонную книгу на странице Аssociations. 10 страниц большого формата по четыре колонки на каждой – клубы, ассоциации, институты, академии,  объединения, общества, союзы, центры и пр. –  общественные организации федерального уровня. В каждом штате,  кроме филиалов  федеральных объединений,  образованы свойственные ему  другие общественные организации. Уверен, что аналогичные примеры может привести любой выезжавший и интересовавшийся проблемами общественных организаций.

Естественно, возникает вопрос: почему граждане США (да и других стран), крупные компании и мелкие фирмы «болеют» общественными организациями? Все дело в том, что они более 100 лет назад поняли, что за свои права необходимо бороться – профессионально по содержанию и юридически по форме. И для этого необходимо объединить усилия,  и лучше, чем ассоциация (союз, центр и пр.), это никто не сделает. Именно в рамках общественной организации можно сконцентрировать соответствующий интеллектуальный потенциал для решения конкретной задачи, правильно ее сформулировать, юридически оформить и направить все возможные усилия для ее воплощения. Конечными задачами общественных организаций являются реализация своих прав и интересов через внесение в законодательные акты (или механизмы их исполнения) соответствующих изменений и наблюдение за тем, чтобы те или иные завоеванные права, льготы и интересы в том или ином виде не были  ущемлены текущим законотворчеством.

Национальная ассоциация промышленников была основана в 1895 году, в тот период  США переживали экономический спад.

Национальное Одюбоновское общество создано в 1905 году. Общество занимается лоббизмом, экологическим образованием,  охраной водно-болотных угодий и исчезающих древних лесов США. В 1991 году общество насчитывало 600 тыс. членов, а годовой бюджет составлял $42 млн.

Естественно, что все это является следствием и возможно только при наличии  развитой демократии, правовой защищенности, определенного уровня гражданской культуры, навыков самоуправления, легитимности и пр. Несомненно, что предпосылка двухсотлетней давности «я плачу (налоги) и имею право знать», против которой бессилен даже президент, во многих странах эффективно работает и сегодня.

На общественные организации необходимо смотреть и как на один из этапов становления будущих государственных и политических деятелей, что заметно ощущается на политической и государственной элите Молдовы, где пока еще доминирует дух ВПШ.

Неправительственные организации (НПО) нужны и по другой, более важной, причине. Дело в том, что далеко не все и не всегда государственные и политические деятели и чиновники, то есть те, которые принимают решение, в состоянии понять свою роль и позицию в спектре своей ответственности, действий, мероприятий и проблем. Только вовлечение представителей бизнеса и гражданского общества в процесс принятия решений позволит им наиболее правильно определиться с позицией в зоне своей ответственности.

В этом плане во многих странах вполне легально используется механизм лоббирования. Это не совсем то, что происходит у нас (точнее, совсем не то), это мотивированное и аргументированное привлечение на свою сторону конгрессменов, сенаторов, депутатов, которые, в свою очередь, проводят разъяснительную работу в своей среде. Однозначно можно сказать, что при таком лоббировании не ущемляются и не затрагиваются чьи-либо интересы. Это своего рода одна из форм народовластия и, по-видимому, достаточно эффективная, поскольку все слои общества через тысячи общественных организаций участвуют в совершенствовании законодательно-регламентирующих актов, по которым живет страна: и те, кто управляет ею, и те, кто создает национальное достояние.

Про то, как у них, можно привести очень много примеров, но от этого ситуация в Молдове никак не изменится. И не изменится по следующим причинам:

1.  Законодательная база  республики никак не стимулирует и не способствует появлению профессиональных и работоспособных НПО и не предусматривает их поддержку на начальном этапе. Минюст может возразить, что в Молдове зарегистрировано свыше 3000 НПО. Но тот же Минюст знает, что из них, дай бог, если реально что-то делают около 10. Процесс регистрации настолько прост, что за три дня можно получить сертификат, и именно это стимулировало появление 3000 «пустышек» ― отличная цифра для отчетов и рапортов – больше, чем в США.

2.    Но после получения сертификата нужно начинать делать то, для чего создавалась НПО. И для этого нужны деньги, а они, в соответствии с законом об общественных ассоциациях, могут быть получены за счет взносов  физических лиц, учредивших НПО (2-3 человека), будущих ее членов, также физических лиц и спонсорства. Что касается спонсорства, то у нас не та страна, а за счет взносов физических лиц даже аренду помещения не оплатить. Причина заложена в зародыше. Закон об общественных ассоциациях определяет НПО так: «Общественная ассоциация – некоммерческая организация, независимая от публичных органов, учрежденная добровольно  не менее чем двумя физическими и/или юридическими лицами (общественные ассоциации)…». Обращаю внимание: «…и/или юридическими лицами…» ―  это те же 2-3, но другие физические лица – законодательные игры, да и только.  Возникает вопрос: те, кто писал этот закон, не подозревали, что НПО необходимо финансировать? В этом плане и Закон о спонсорстве совершенно пустой.   

3.    О финансировании или о менталитете юридических лиц. Общественные организации не надо путать с пионерской или комсомольской организацией, которой партия поручила, и она это делает, зарабатывая характеристики и продвижение. Деятельность НПО связана с расходами, если учредителей и членов организации интересует результат. Как председатель Ассоциации, часто беседуя с руководителями предприятий, предлагаю вступить в члены Ассоциации. После традиционного вопроса «Каков членский взнос?», для того чтобы деликатно отказать, следует также традиционно другой вопрос «Что я (предприятие) выиграю от этого?». И не надо думать, что при этом руководители не понимают, что общественная организация на законодательно-нормативном уровне (работа, которую меньше всего заметно, но которая требует профессионализма, а при контактах с чиновниками ―  еще и нервов) занимается вопросами ограждения граждан от возможных неприятных контактов с чиновниками и поставщиками, а в случае, когда они возникают, НПО включается в разрешение конкретной проблемы. Примеров и того и другого за девять лет работы Ассоциации накопилось достаточно. Кроме этого, постоянно отслеживается и проблема тарифов и тарифной политики, так как речь идет о потреблении электрической энергии и природного газа.

4.    Государственные и публичные чиновники (именно они определяют концепции законов и положений, а не парламент) никак не заинтересованы в появлении профессионально сильных НПО, и это отражается в законах и положениях, а также на стиле работы чиновников государственных и публичных структур. Только «Положение о поставке и использовании электрической энергии» за 10 лет меняли пять  раз, и в ближайшее время опять придется к нему вернуться. А кто как не НПО должны будут отслеживать его концепции?  Чиновник никак не может  согласиться с тем, что кто-то в проблеме разобрался лучше него – по сути, он приватизировал право на объективность, непогрешимость и всезнание. Он, чиновник, не может понять, что, когда представитель НПО что-то предлагает, то это есть плод труда целого коллектива, представители которого «ходят по земле», а он, чиновник, один, и кроме маршрута «дом―кабинет», да еще в машине, знает реальность только из совещаний, газет и периодических выездов для сидения в президиуме.  К этому необходимо добавить, что дефицит в понимании проблем  компенсируется избытком агрессивности чиновников. Агрессивность чиновников фиксируется не только в законах и положениях, в более тяжелых формах она проявляется при текущей работе над документами или при обсуждении конкретных ситуаций. Заявляю это со всей ответственностью, и под этим подпишутся НПО, которые, в той или иной мере, серьезно работали над конкретными проблемами.

5.    Те, кто работает в НПО, знают, что без привлечения средств массовой информации невозможно представить себе работу любой общественной организации.  В условиях  политизированности  масс-медиа и наличия других факторов влияния, которые можно понять, довести до населения  идеи, информацию и мысли далеко не всегда удается НПО, так как главенствует редакторская политика. Это одинаково относится ко всем формам и средствам  массовой информации населения.

Ассоциация потребителей энергии Молдовы продержалась на поле взаимоотношений лишь благодаря тому, что ее учредителями и членами были не физические, а юридические лица, которые платили годовые взносы. Но для этого необходимо было руководствоваться Законом о  предпринимательстве и зарегистрироваться в Регистрационной палате. Чтобы понять, насколько это было «просто», скажу, что процесс сбора и подготовки документов для регистрации  занял 10 месяцев!

В настоящее время Ассоциация испытывает некоторые трудности,  и  в ближайшее время ее члены примут решение. Пользуясь случаем, хочу сообщить читателям, что  деятельность Ассоциации была возможна лишь благодаря финансовой поддержке на протяжении всех  этих лет со стороны:  S.A. MACON,  S.A. Mina din Chişinău,  S.A. Franzeluţa,  S.A. Carmez, I.S. INMEX, S.A. Ciment, S.A. Cariera Micauţi, S.A. Glass Container Company, Î.S. Combinatul Poligrafic din Chişinău, S.A. Incomas,  S.A. Azurit, Î.S. Fabrica de sticle din Chişinău, Moldsindbalneotur, S.A. Magia Pietrii, за что  все категории потребителей республики должны быть им благодарны.

Как председатель Ассоциации приношу благодарность всем бывшим и настоящим руководителям этих предприятий за возможность обсуждать проблемы, за активное и заинтересованное участие в обсуждении различных документов, за предложения и мнения, которые способствовали становлению, признанию и росту профессионализма нашей организации.

P.S. Предвосхищая возможный вопрос о бюджете Ассоциации, сообщу, что он никогда не превышал 70 тыс. леев.  

Николай Могоряну, председатель Ассоциации потребителей
энергии Молдовы

0

Tweet

ДОБАВИТЬ В ЗАКЛАДКИ